Глава тринадцатая - Война Греха. Книга третья: Скрытый Пророк - Литература - Статьи - Diablo III
Главная InDiablo Wiki Галерея Видео Статьи Файлы Форум
Русское сообщество фанатов Diablo 3

Размещено: 21.05.2012 Просмотров: 723 Добавил: D@mmy
Глава тринадцатая
Совет магов включал по выборному представителю от каждого из семи лидирующих кланов. Были в нём также младшие члены от семи меньших, но всё-таки довольно могущественных кланов, которые шли за первой семёркой, но они были лишены права голоса. Зато они могли давать советы или поднимать темы. Это давало им некоторое влияние и, следовательно, умеряло желание протестовать против правления старших членов. Таким образом совет магов поддерживал порядок в своих рядах, даже когда многие кланы были вовлечены в горестные и смертоносные междоусобицы.

Был ещё дополнительный фактор, который возвышал совет над внутренней борьбой. Была создана правоприменяющая служба, которая следила за тем, что бы ни один маг, нарушивший соглашения совета, не избежал наказания. Это привело в её ряды заклинателей, желающих буквально отдать часть своей сущности совету и таким образом больше не принадлежать к клану. Такие маги отбирались тщательно на основании множества критериев, в том числе веры в их решимость довести приказ до конца, несмотря ни на что.

И вот, когда Амолия предстала в их рядах, совет и другие присутствующие маги поприветствовали её соответственно её позиции. Присутствующие главы гильдий также оглядывали её с уважением; по их мнению, членам принудительной службы можно было больше всех доверять – если такое слово вообще было применимо к присутствующим – из всех заклинателей.

Нынешний лидер совета – носитель титула менялся с каждым новолунием, чтобы было по-честному, – посмотрел вниз с высокой платформы, где сидели он и его заместители, и надтреснутым от возраста голосом вопросил:

-Где этот Ульдиссиан уль-Диомед? Ты должна была вернуться с ним!

-Он не придёт,- ответила фигура перед ним.- Я вместо него с сообщением.

Смесь удивления и презрения отразилась не на одном морщинистом лице магов. Несколько торговцев, большая часть которых были гораздо дороднее членов совета, тоже выказали неодобрение услышанного.

Хорошо подстриженный человек с замысловатым инкрустированным изумрудом кольцом в носу объявил:

-Мы согласились, в основном из-за просьбы принца Эхмада и в память о нашем оплакиваемом Фахине, явиться на это собрание. Если маги задумали какую-то хитрость в сотрудничестве с этим ассенианцем…

-Ассенианец не заключал наперёд никаких договоров с советом и был бы отвергнут, если бы осмелился на такое,- ответил лидер совета.- Мы бы и не помыслили о таком неуважительном действии по отношению к нашим братьям из гильдий…

Некоторые из глав гильдий с пониманием улыбнулись. Как бы ни были могущественны заклинатели, они зависели от поставок из гильдий.

Во время этого обмена репликами Амолия – Малик – молчал. Только когда все глаза обратились к нему за разъяснениями, он продолжил, как и планировал:

-Мастер Ульдиссиан не придёт, но, как я и сказала, я здесь в качестве его посланника.

-«Мастер» Ульдиссиан?- глава совета хмыкнул.- У тебя нет хозяев, кроме нас, Амолия…

Низко поклонившись, Малик растянул украденное лицо в улыбке.

-Это больше не так! Мастер Ульдиссиан раскрыл мне глаза. Я существую, чтобы следовать его путём и очистить его от всего, что он считает еретическим.

-Что она там бормочет?- вопросил глава гильдии. Несколько его соседей буркнули в знак поддержания этого вопроса.

Малик медленно повернулся к человеку.

-Это означает, что он оказал мне честь сделать первый шаг к освобождению людей Кеджана от магов и гильдий!

В ответ на это обвинительное утверждение со всех сторон раздались ошеломлённые протесты. С обеих сторон члены собрания в гневе встали.

Малик внезапно ощутил, как его наполняет сила тех двоих, кто послал его на это задание. Внезапно он узнал, насколько крошечными были силы любого из присутствующих по сравнению с силами Инария или лорда Диабло…или, сейчас, даже его силами.

-Амолия!- возмутился лидер совета.- Сами твои слова обвиняют тебя. Такая глупость! Ты слишком хорошо знаешь о власти своего ордена. Сейчас она должна быть использована, чтобы наложить соответствующее наказание на тебя за твоё провозглашённое предательство, после чего ассенианец – Ульдиссиан уль-Диомед – должен быть объявлен врагом в Кеджане и помечен всеми на смерть.

Рёв одобрения поднялся среди как заклинателей, так и гильдий. Малик не был встревожен угрозой наказания Амолии. Поскольку она больше не существовала, ещё сущность, которой они владели, была бесполезной.

Кроме того, для него настало время выполнять приказы.

-Но не я должна быть осуждена,- возразила она с ширящейся улыбкой.- Мастер Ульдиссиан уже осудил вас всех!

Малику даже жестикулировать не пришлось. Ему нужно было только поглядывать вокруг и давать вершиться воле ангела и демона.

Маленькие сверкающие лезвия образовались в воздухе вокруг него и подобно голодным мухам ринулись во всех направлениях. Они вертелись со стремительностью, из-за которой каждое воспроизводило жужжание, которое было усилено тысячекратно их числом.

У глав гильдий точно не было ни шанса. Некоторые из них носили защитные талисманы, купленные у алчных магов, но ни один из них даже не замедлил хода бойни. Кружащиеся лезвия прорывали толстые одежды, а затем снимали кожу. Люди кричали и пытались прятаться, но им было некуда идти, поскольку, прежде чем выпустить лезвия, Малик запечатал выходы.

Маги справлялись немногим лучше людей из гильдий. Большинство из них слишком опешили, чтобы прочитать какое-нибудь защитное заклинание. Некоторые умудрились отвести изначальные лезвия, но сила Инария и Диабло сильно превосходила силу любого из присутствующих. Первоначальный успех магов быстро улетучивался.

И потому они все были убиты. Сверкающие серебряные клинки в форме изогнутых щепок сделали своё грязное дело. Кровь залила всю залу, собравшись в множество лужиц на полу. Крики стихли, превратившись в всхлипывания тут и там…а затем всё затихло.

Мало кого можно было узнать. Ни дюйма кожи не осталось ни на одной из жертв. Зная о том, что предпочтительным методом пыток в Кеджане было сдирание кожи, ангел и демон обрушили на собрание то, что, по их мнению, было вполне подходящей судьбой.

С улыбкой, всё ещё играющей на лице занятого тела, Малик, не затронутый ни клинком, ни кровью, спокойно обходил залу. То и дело он останавливался, чтобы осмотреть тело, но, не находя того, что искал, быстро двигался дальше.

Наконец страшный дух нашёл свой приз – точнее, два. Первый был магом, больше того – членом совета. Жизнь быстро покидала его, но Малик приложил ладонь к окровавленному телу там, где сердце – частично видимое – совершало свои последние удары.

Он почувствовал, как через него проходит воля Инария. Освежёванный человек испустил вздох. Сердце забилось чуть быстрее. Из необходимости боль также была чуточку уменьшена. Они хотели, чтобы этот остался жить…недолго.

Малик проделал тот же ритуал с главой гильдии, у которого левая нога была отрезана лезвиями. Толстые куски мяса человека лежали вокруг него наподобие какого-то жуткого одеяла. Он тоже получил подарок ангела.

Теперь имелись свидетели. Они проживут как раз достаточно, чтобы рассказать о случившемся, после чего скончаются. То самое заклинание, которое спасало их от смерти, также гарантирует, что они припомнят достаточно, но не чересчур много. Их рассказы будут очень похожими, но прозвучат с различных точек зрения. Ангел и демон позаботились о том, чтобы у того, кто обнаружит их, не осталось вопросов о том, что здесь произошло и кто виновен.

Конечно же, Ульдиссиан.

Кто-то уже бил в двери. Стражники и маги, вероятно, не понимали, почему ничто из того, что они делали, не открывало замков и не снимало защитных заклинаний.

Малик ощутил ещё одну или две уходящие жизни, но знал, что эти несчастные глупцы не будут в состоянии ответить ни на один вопрос. Его миссия была выполнена. При обычных обстоятельствах медальон, который он использовал, чтобы попасть сюда, потребовал бы работы над ним одного из членов совета, чтобы он снова мог уйти. Тем не менее, благодаря силам, к которым он нынче прибегал, необходимость в этом отпала.

Малик ухмыльнулся виду кровавой расправы, наклонил голову…и исчез.

***
Он должен был умереть, захлебнуться водой.

Но он не умер, и это казалось ещё страннее от открытия, которое он сделал, когда открыл глаза: он всё ещё находился на дне подземного канала.

Надо отдать ему должное, Ульдиссиан не запаниковал, несмотря на пугающее открытие. Он едва мог разглядеть движение воды над собой, большая её часть не хотела двигаться. Не пошевелив и пальцем, сын Диомеда осторожно пытался обнаружить причину своего спасения – если это было оно.

Поначалу Ульдиссиан принял это за работу демона, но в этом не было вообще никакого смысла. Он намеревался сожрать его, это было очевидно. Так зачем же было сохранять ему жизнь?

Но что тогда? Или, скорее, кто? Кетуй? Ульдиссиан снова почувствовал, что он не на верном пути. Он достаточно пробыл в сознании, чтобы увидеть падение мага. Кетуй был либо мёртв, либо обездвижен. От него не могло прийти никакой помощи.

Тогда…кто?

Что-то двигалось против течения. Оно было чуть большим, чем тёмная тень, но тут же снова навело Ульдиссиана на мысль о демоне. Он напрягся, всматриваясь изо всех сил.

Оно маячило в уголке глаза, никогда не проступая настолько, чтобы можно было что-нибудь разобрать. Можно было мельком – только мельком – заметить то, что он полагал длинными, растениевидными отростками и, возможно, округлым телом, но Ульдиссиан никак не мог полностью удостовериться. Несмотря на это, его сердце застучало быстрее, и, будь он на поверхности, сын Диомеда немедля покрылся бы потом от нервного напряжения.

Затем в его голове раздался голос, от которого у него мурашки побежали по телу. «Я спас тебя, смертный…спас тебя от верной смерти».

«Кто ты такой?- подумал Ульдиссиан в ответ.- Кто ты?»

Тень придвинулась чуть ближе к области видимости. Ульдиссиану снова показалось, что он мельком увидел что-то, похожее на напавшего на него демона, но теперь проступали также и другие образы. В один миг он готов был поклясться, что это сам Инарий подлетел к нему так близко, и страх того, что ангел в конце концов поймал его в ловушку, заставил кровь быстрей нестись по венам.

«Это не он пришёл сюда за тобой,- сказал голос с оттенком насмешки оттого, что его спутали с Пророком.- Ангел бы оставил тебя умирать, но я не такой бессердечный!»

«Кто ты?- повторил Ульдиссиан, который теперь не мог уразуметь, как это он хоть на секунду подумал, что эта тень – его заклятый враг. Инарий не давил так на первобытные инстинкты.- Кто?»

Тень подобралась ещё немного ближе. Ужасные воспоминания о Малике возникли и исчезли, уступив место красивому, но при этом ещё более пугающему лицу, которое на короткое время захватило мысли Ульдиссиана.

Лицу Лилит.

Он подавил эти воскрешённые страхи. Лилит была мертва, Малик не оставил бы его нетронутым. Они не имели никакого отношения к тому, что сейчас происходило.

Тень немного отступила. Она снова заговорила искренним, умиротворяющим тоном:

«Они не тронут тебя, Ульдиссиан, пока ты под моей защитой. Что же до того, кто я, то у меня есть много имён, и некоторые из них тебе известны. Одно из них – Диалон».

Диалон! Ульдиссиан сразу же понял, кто и что уберегло его от утопления. Диалон, которого Храм Триединого провозгласил духом Предопределения. Диалон, который, как знал Ульдиссиан, был той же крови, – если этот термин применим к демонам, – что и Лилит, ведь он был братом её отца, жуткого Мефисто.

Диабло, Повелитель Ужаса был тем, что не дало Ульдиссиану захлебнуться.

«Тебе не нужно бояться меня,- сказал Диабло, без сомнения, чувствуя нервозность человека.- В Санктуарии всё перевёрнуто сверх наголову: ангелы грешат, а демоны вынуждены пытаться исправиться. Я спас тебя, потому что мы двое очень похожи, ведь только мы стоим между Инарием и смертью этого мира».

Несмотря на свои предубеждения, Ульдиссиан поймал себя на том, что прислушивается к словам верховного демона. То, что Диабло сказал об Инарии, было очень даже правдой. Пророк явно считал, что грехи могут совершать только другие, а не он. Его же действия были «необходимостью». То, что сотни умерли из-за самомнения ангела, ничуть не меняло дела.

«Да…ты видишь, кто он есть на самом деле. Инарий безумен, и безумие его наводит страх на Высшее Небо и Пылающий Ад. Но при этом к нему нельзя подступиться, ибо он привязан к самому основанию Санктуария, к Камню Мира! В нём его сила, его бытие!»

Ульдиссиан не мог найти ошибки в утверждениях Диабло, хотя раньше он и не думал, что все в Высшем Небе и Пылающем Аде знают истинное положение вещей. От этого он почувствовал ещё больший мороз по коже. Если обе стороны неземного конфликта, о котором он узнал, боялись Инария, то что это означало для надежд человечества?

Демон придвинулся так близко, что Ульдиссиан мог поклясться, что смотрит Диабло прямо в глаза. Сын Диомеда заставил себя успокоиться. Он видел демонов прежде.

Наступило молчание, словно Диабло понадобилось что-то обдумать. Затем… «Но ангел – не такой неуязвимый, каким считается. Ты доказал это…и ты доказал, что можешь подступиться к самому его ядру и вселить в него страх».

«Я? Но как?»

«Ты изменил Камень Мира, сам того не понимая! Ты сделал то, чего не мог сделать никто другой и чего ангел не может исправить. Это даёт нам шанс, если мы хотим ударить быстро».

Дело дошло до того, чего Ульдиссиан никак не считал возможным. Диабло, Властелин Ужаса, предлагал договор. Демон хотел объединиться со смертным против ангела.

Это была такая безумная мысль, что Ульдиссиан рассмеялся бы, если б мог.

«Я не Люцион, сын своего брата, который проповедует только ненависть. И я не она, которая живёт, чтобы обвести всех вокруг пальца, а затем вырвать бьющееся сердце. Я многое могу предложить в знак доверия».

В настоящий момент Ульдиссиан желал только одного: снова оказаться на поверхности. Ему показалось подозрительным, что демон и не подумал предложить вытащить его из канала. Неужели демон ожидал, что Ульдиссиан обдумает его предложение, находясь спутанным по рукам и ногам в нескольких ярдах под водой? Если так, то воистину Диабло и его собратья не понимали мышления смертных.

«Верни меня на уступ,- потребовал он.- Тогда поговорим».

Тень завертелась в воде. Ульдиссиан прекрасно знал, что не видит истинной формы повелителя демонов, и был благодарен за оказанную милость.

«По правде сказать, сейчас тебе безопаснее здесь, чем где бы то ни было, смертный. Естественная магия воды и моя собственная сила защищают тебя от Инария прямо сейчас. Если бы я вернул тебя на поверхность, тебе немедленно грозило бы обнаружение».

Ульдиссиана нисколько не волновала такая опасность. Как и большинство смертных, он питал к воде здоровое уважение, особенно к тому, как легко она могла наполнить лёгкие. «Я хочу выбраться отсюда!»

«Опасность слишком велика, но возможно, есть способ. Но чтобы он удался, ты должен открыть мне свой разум, позволить мне совсем немного затронуть силу внутри тебя…слабейшего прикосновения должно быть достаточно».

Пока тень говорила, Ульдиссиан внезапно ощутил, что давление воды на него усилилось тысячекратно. Он ощутил страх от тесноты; ощущение, что его сейчас раздавит или затопит, поднялось до немыслимых высот. Ульдиссиан хотел уже было согласиться на предложение демона…но в самый последний момент как-то сумел удержаться. Часть его снова задалась вопросом о нежелании Диабло делать что-либо, пока он не откроется.

Та же часть также наконец задалась вопросом, спас ли его на самом деле Повелитель Ужаса. Зачем Диабло было оставлять его в таком виде? Ульдиссиан сомневался в причинах, которые назвал демон. Скорее они звучали как предлог, чтобы удержать человека в этом ужасно невыгодном положении, где он готов был согласиться на всё, лишь бы выбраться отсюда.

И это наконец заставило Ульдиссиана осознать, кто первоначально спас его от утопления, когда он уничтожил другого демона. Это был не кто иной, как он сам. Только теперь Ульдиссиан ощутил правду, и он понял, что ранее она ускользала от него из-за ухищрений Диабло. Повелитель демонов питался его внутренними страхами, не давая сыну Диомеда сосредоточиться настолько, чтобы понять.

И всё-таки Диабло попытался. «Я чувствую Инария близко! Скорее! Если мы объединим силы, мы сможем свергнуть его!»

Внутри Ульдиссиана возникло побуждение сделать так, как сказала тень. Лишь величайшим усилием воли он сумел не дать согласия. Затем, пока ничто иное не успело занять его мысли, Ульдиссиан начал концентрироваться на освобождении себя.

Его ударила волна гнева. Повелитель демонов сбросил все притворства. «Ты мой! У тебя нет ни шанса против меня, человек! Стоит мне захотеть, и я оторву тебе руки и ноги, а кровоточащее туловище скормлю своим жадным питомцам, которых и сейчас полно в воде!»

Два десятка тёмных теней поплыли сквозь толщу воды к Ульдиссиану. Он подозревал, что это всего лишь иллюзии, ведь Диабло, наверное, по-прежнему хотел, чтобы он сдался, но только чтоб это случилось наверняка. Всей своей волей Ульдиссиан возжелал подняться из канала и освободить себя от заклинания, которое, конечно же, создало его подсознание.

Коварная стая приблизилась к нему. Алые чашевидные глаза взирали голодно. Рты, полные рядов острых зубов, раскрылись, готовые укусить.

С гулом рассекаемой воды Ульдиссиан устремился вверх. Он прорвал поверхность и пролетел ещё несколько футов. Только когда его голова оказалась в считанных дюймах от потолка, его движущая сила внезапно улеглась.

Его руки, его ладони…всё его тело снова принадлежало ему. Ульдиссиан подивился тому, что плывёт над водой. В молодости бывший фермер часто представлял, каково это – быть птицей, но никак не ожидал, что ему случится пережить полёт самому.

Снизу донёсся дикий рёв. Из воды вырвалась чудовищная тень, и пока она мчалась на Ульдиссиана, она успела поменять форму сотню раз. Каждое последующее перевоплощение было более жутким, чем предыдущее, и почти каждое сын Диомеда мог связать со своими собственными внутренними страхами.

Но, несмотря на страх, Ульдиссиан не двигался с места. Ещё он знал, что от него требуется большее. Он должен был найти защиту против Диабло. Только одно пришло ему в голову, одна безумная надежда, которая вполне могла рассмешить Повелителя Ужаса.

По его велению фонтан воды встал между ним и демоном с большей стремительностью, чем мог колдовать Диабло. Ещё быстрее эта вода замёрзла, гладкие грани стали зеркальными, пусть и покрытыми морозцем.

И тогда Диабло посмотрел на самого себя.

Ульдиссиан сомневался, что при других обстоятельствах это могло повлиять на демона. Будь он подготовлен к такому трюку, Повелитель Ужаса подстроился бы. Но здесь заклинание Ульдиссиана осуществилось так быстро, и к тому же инстинктивно, без всякой подготовки, что демон просто не знал, чего ожидать.

Так Диабло навлёк на себя то, что насылал на других. Страхи, которые он накидывал на человека, превратились в его собственные.

Затенённая фигура издала вопль, который чуть не заставил Ульдиссиана побежать в бездумной панике. Но сын Диомеда как-то удержался от этого. Если бы он не справился с собой – проиграл бы.

Диабло извивался и вертелся, пока его же коварная сила чинила над ним разгром. Он взглянул лишь на миг, но страхи хозяина страха, очевидно, и в самом деле были чудовищными.

Всё ещё воя, Диабло ринулся в потолок – и полетел сквозь него, пробивая камень. Его крик отдавался не только в подземном проходе, но и в душе Ульдиссиана.

Человеку понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, что он один. Невероятное измождение охватило Ульдиссиана. Замороженный столб воды рухнул, вернувшись в поток. Ему потребовалось усилие, чтобы суметь не последовать за ним, а при помощи своей силы опустить себя на уступ.

Оказавшись там, он прислонился к стене, чтобы отдышаться. Хотя Диабло ушёл, а с ним и то немного освещение, которое имелось, Ульдиссиан хорошо видел в темноте. Сначала магическое поле, которое не дало ему утонуть, а теперь вот это. Очередное подтверждение, что его силы подстраивались под его нужды, даже пусть он сознательно и не призывал их.

Это заставило его вспомнить слова Мендельна о том, что его способности управляют им больше, чем он – способностями. Секунду Ульдиссиан всерьёз обдумывал возможные последствия, на которые намекал его брат, – а затем рассмеялся самому себе за то, что боится такого. Он и его способности были едины; как вообще он мог представлять опасность для самого себя или любого другого из-за этого?

В его голове наконец стало немного проясняться. Вспомнив о Кетуе, Ульдиссиан бросился к магу, который по-прежнему лежал без движения.

Ещё до того, как коснулся груди заклинателя, Ульдиссиан почувствовал, что Кетуй всё ещё жив. По сути, темнокожий мужчина находился в том же состоянии, что и сын Диомеда, когда водяной демон только поймал его.

Не зная точно, что именно он делает, но веря в успех, Ульдиссиан поднял ладонь на несколько дюймов над телом мага и стал водить ею между сердцем и головой. В то же время он пожелал, чтобы Кетуй был освобождён.

Маг сделал сиплый вдох, затем кашлянул несколько раз. Его глаза, которые смотрели невидящим взором, теперь сфокусировались.

-Ассенианец,- прошептал он.- Ульдиссиан…оно…оно…мертво?

Только тогда Ульдиссиан сообразил, что Кетуй не знает ничего о том, что произошло после его поимки. Ульдиссиану это показалось странным, ведь он находился в создании всё время. Была ли его воля сильнее воли другого мужчины?

-Оно мертво. Я сварил его заживо, что было не более жестоко, чем судьба, которую оно уготовило для нас.

-Уж в этом я не сомневаюсь,- он взял руку, протянутую Ульдиссианом. Тот помог ему встать на ноги, и некоторое время Кетуй раскачивался из стороны в сторону, пока не обрёл вновь равновесие. Когда это было достигнуто, маг тут же призвал свет.

-Без всякой помощи не думаю, что справился бы так же хорошо, как ты.

Ульдиссиан глядел на тёмную воду.

-Жажда жить может заставить творить чудеса.

-Не такие, как у тебя,- от заносчивости Кетуя не осталось и следа.- Ты можешь всё, о чём я слышал, и даже больше. А ещё ты мог оставить меня гнить, но не сделал этого.

Перемена отношения мага сильно подбодрила Ульдиссиана. Раз кто-то столь твердолобый, как Кетуй, мог узреть правду, то была реальная надежда убедить кланы магов присоединиться к нему в войне не только против Инария, но, очевидно, и против повелителя демонов.

Кланы магов. Ульдиссиан поморщился.

-Кетуй, как долго мы пробыли здесь?

Его спутник сразу понял причину беспокойства.

-Боюсь, много часов. Но не бойся. Я замолвлю за тебя словечко, Ульдиссиан! Я…

Кетуй внезапно схватился за грудь. Ульдиссиан потянулся к нему, но тёмный мужчина отмахнулся.

-Они…используют часть меня, которую я принёс в жертву совету, чтобы найти меня! Так они отслеживают исчезнувших членов правоприменяющей службы, ведь наша работа порой связана с насилием,- он распрямился.- Теперь они знают, где я. Без сомнения, когда мы не объявились, они допросили принца Эхмада и узнали, что мы были вместе.

-Странно, что они не могли найти тебя до сих пор.

За это замечание он был награждён белозубой, но мрачной улыбкой.

-Должно быть, заклинание демона защитило нас от этого.

У них не было возможности больше ничего сказать, потому что вокруг них материализовался не один, но почти дюжина магов в капюшонах. Среди новоприбывших была одна фигура, которую Ульдиссиан мог узнать,– худосочный баритон, Нурзани.

-Кетуй,- произнёс тощий маг, его впалые глаза метались между товарищем и Ульдиссианом.- Быстро отойди!

-Нурзани! Что…

Новоприбывшие подняли медальоны и посохи в направлении Ульдиссиана. Кетуй поднял руку в знак протеста, но Нурзани нетерпеливо махнул, и тёмный мужчина рядом с Ульдиссианом внезапно исчез. Миг спустя он появился за спиной другого мага.

-Сейчас,- скомандовал Нурзани.

Но прежде чем они смогли сделать то, что собирались сделать с ошеломлённым Ульдиссианом, стремительный поток воды привлёк всеобщее внимание. Из него вылетело множество предметов цвета кости разных размеров и форм. Быстрее, чем в мгновение ока, они собрались между кругом магов и их намеченной целью.

Знакомый и очень желанный голос раздался в тоннелях.

-Ульдиссиан! Ко мне!

Мендельн! Появление никого другого не возрадовало бы сильнее сердце Ульдиссиана. Тем не менее, миг он колебался, как и все, напуганный тем, что его брат принёс с собой.

Стена из костей не только не давала магам добраться до Ульдиссиана, но также мгновенно отражала заклинания, которые они попытались в неё метать. Сами кости были различного происхождения, начиная явными объедками, попавшими сюда из верхнего мира, и заканчивая костями существ, которые питались этими объедками,– а также друг другом. Были тут и человечьи кости, слишком много человечьих костей – страшное напоминание не только о длинной истории города, но и о насилии, совершавшемся на протяжении многих поколений.

Мендельн пробовал сотворить что-то подобное в прошлом, но не в таком грандиозном масштабе. Жуткая стена сверкала под напором магов, но держалась.

Кетуй, оказалось, криком выражал Нурзани протест, но второй заклинатель явно не был намерен его слушать. Тощая фигура сунула руку в мешочек.

Раздражение овладело Ульдиссианом, раздражение, быстро перешедшее в ярость. Эти маги теперь напали на него, не назвав никакой причины. Теперь он мог только догадываться, что они замышляли предательство всё это время.

Ярость подогрела его силы. Он почувствовал, что ему трудно сдержаться, и не видел причин сдерживаться.

Рука схватила его за плечо. Стиснув зубы, он повернулся и увидел брата.

-Отойди, Мендельн!- рявкнул Ульдиссиан.- Они сами напросились.

-Нет,- рассудительно отвели брат.- У них есть много причин ненавидеть тебя.

Утверждение Мендельна застало Ульдиссиана врасплох. Он начал возражать – но его брат, щурясь, вдруг посмотрел за его спину.

-Нет!- он вбросил что-то в ладонь Ульдиссиана и прокричал слово, непонятное для старшего сына Диомеда.

Тоннель немедленно наполнил жгучий свет, а затем предмет, который Мендельн дал своему брату, стал излучать собственное свечение.

Окружение Ульдиссиана поменялось. Туннели и обжигающий свет исчезли. Его накрыла успокаивающая темнота. Он приземлился на что-то мягкое – влажную землю. До него донеслись различные звуки – звуки жизни джунглей.

Ульдиссиан, испытывающий нужду освоиться в новых условиях, упал на колени. Его дыхание успокоилось, а гнев, который обуял его в тоннелях, снова исчез.

Когда разум вернулся, он обратил внимание на слабый, но приятный холодок в ладони. Ещё от неё исходило тусклое свечение, которое напомнило ему свет звёзд.

Взглянув вниз, Ульдиссиан увидел костяной кинжал Мендельна. Прямо на глазах тусклое свечение исчезло.

Подумав о брате, Ульдиссиан развернулся, чтобы возвратить ему кинжал…и только тогда обнаружил, что Мендельна с ним нет.

-Его больше беспокоил ты и то, что ты можешь сделать,- объявил голос с противоположной стороны.

Ульдиссиан повернулся и встретился лицом к лицу с Ратмой.

-Я должен вернуться за ним!

-Ничто не возрадовало бы меня больше, чем его освобождение, особенно если учесть, что это моё упущение позволило заманить его пойти за тобой в Кеджан,- фигура в плаще подошла ближе.- Но если ты вернёшься в тоннели и сойдёшься в бою с магами, то вообще не останется никакой надежды вылечить то, что и так уже может быть нам не под силу исправить.

Как обычно, Ульдиссиан мало что понял из слов Древнего. Он знал только, что его брат оказался среди врагов после того, как пытался спасти его.

-Я возвращаюсь назад!

Ратма покачал головой.

-Ульдиссиан, ты не знаешь о том, что произошло за последние несколько часов. Совет магов и многие из глав ведущих гильдий – все, кто собрался для встречи с тобой,– были зверски убиты.

Вести как камнем по голове ударили Ульдиссиана.

-Убиты? Как?

-Одной из них…которая утверждает, что сделала это ради тебя. Её они тоже ищут, но если ближе к делу, то ты объявлен гнусным убийцей, чьи приверженцы так же должны быть остановлены. Кланы магов – да нет, вся столица – встаёт на войну против эдиремов.

Это был кошмар, которого сын Диомеда боялся прежде, но был уверен, что сможет его предотвратить. Ему не нужно было спрашивать, кто стоял за всем этим. Само собой, Инарий. Инарий – а также повелитель демонов Диабло, который, вероятно, зачем-то тоже замешан был в деле.

А ещё была эта женщина-маг, которая, без сомнения, не без поддержки ангела и демона, а то и того и другого, владела такой силой, которая могла зверски расправиться с искушёнными заклинателями. Он подозревал, что это была Амолия – но не настоящая она. Она была не из тех, кого легко обратить.

Малик достал новое тело и, очевидно, заключил соглашение с теми, кто жаждал падения Ульдиссиана.

И всё же его беспокойство за себя было минимальным. Ульдиссиан поднял кинжал Мендельна, намереваясь использовать его для возвращения к брату или даже для возврата самого брата. Однако кинжал выглядел не так, как раньше. Он был бледным в более зловещем смысле, бледным и безжизненным.

Древний покачал головой.

-Я этого боялся. Когда я ощутил тебя, но не его, я подготовился к худшему.

-Прекрати говорить загадками и помоги мне сделать что-нибудь!

-Но ты ничего не можешь сделать для Мендельна,- сказал Ратма с полнейшим хладнокровием.- Вообще ничего не можешь. Посмотри на клинок. Связь между ним и кинжалом пропала,- он опустил голову.- Твой брат потерян для нас.

Конец тринадцатой главы



Только для ознакомительного чтения. Все права на книгу принадлежат её автору и компании Blizzard Entertainment.
Автор: Ричард Кнаак (перевод D@mmy)
Комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Регистрация | Вход

Diablo III

Разработчик: Blizzard Entertainment
Издатель: Activision
Дата выхода:
Европейская версия - 15 мая 2012
Русская версия - 7 июня 2012 Официальный сайт: www.diablo3.com
Вики Галерея Видео Статьи Файлы Форум Ссылки Контакты
Поделись новостью!

MineCraft - креативные эпичные проекты, идеи для построек

Комментарии

Галерея

Скриншоты
Добавлено 03.05.2011
В высоком разрешении »
Скриншоты
Добавлено 02.08.2011
В высоком разрешении »
Арты Персонажей
Добавлено 21.02.2011
В высоком разрешении »
Скриншоты
Добавлено 26.02.2011
В высоком разрешении »

Сейчас на сайте:

Всего: 6
Блуждающих духов: 3
Зарегистрированных: 3

mabletx1, Walterasymn, irisdf69

Опрос

Какой класс в Diablo 3 вам понравился больше всего?
Проголосовало: 1138

Друзья и партнеры

Союз образовательных сайтов Diablo-3.eu Diablozone.net - самая полная информация об играх серии Diablo Diablo 3 дата выхода - Фан-сайт