Глава десятая - Война Греха. Книга третья: Скрытый Пророк - Литература - Статьи - Diablo III
Главная InDiablo Wiki Галерея Видео Статьи Файлы Форум
Русское сообщество фанатов Diablo 3

Размещено: 14.05.2012 Просмотров: 764 Добавил: D@mmy
Глава десятая
Они должны были добраться до стен Кеджана уже на следующий день, однако ни Серентия, ни другие эдиремы не могли почувствовать и тем более связаться с Ульдиссианом. Мендельн, который был связан с братом иными узами, считал, что едва уловил присутствие Ульдиссиана, но этим дело и ограничивалось.

По этому тревожащему поводу у него была своя теория, и сосредотачивалась она на магических кланах. Они считали столицу своими владениями, и чем ближе Мендельн подходил к ней, тем сильнее он чувствовал насыщенность магической энергией, которая накапливалась на протяжении многих поколений. Повсюду были наложены заклинания, и наверняка многие из них были призваны не только защитить работу одного мага от другого, но также помешать пытливым очам Собора и Триединого разузнать слишком много. Насколько заклинатели преуспели в последнем, был спорный вопрос, но они явно сеяли смуту среди эдиремов. Многие страшились, что их предводителя либо взяли в плен, либо убили, и ни он, ни Серентия не могли доказать обратного.

Всё больше становилось ясным, что, если эдиремы не узнают ничего обнадёживающего о судьбе Ульдиссиана, их армия нападёт на столицу, когда доберётся до ворот.

Мендельн не хотел думать о том, какое тогда начнётся кровопролитие. Пойманные между эдиремами и магами, невинные точно будут умирать сотнями.

Но он ничего не мог поделать, чтобы предотвратить это.

Ближайшие деревни снова пустели перед их приходом. Остовы, которые некогда служили домами, казались Мендельну мрачнее, чем кладбища, ибо они предназначались для того, чтобы вмещать жизнь. Всё это было неправильно…

Впереди попадались и солдаты, в большинстве своём они скрывались, занимаясь подготовкой к штурму, который, они думали, начнётся завтра. С таким количеством, которое, по ощущениям Мендельна, имелось впереди, они не смогли бы даже задержать эдиремов. Магия, которую он мог ощутить среди защитников города, была минимальной.

Серентия пыталась поддерживать порядок в рядах эдиремов, но даже с поддержкой Сарона и Йонаса это становилось всё более трудным. Зная, что его присутствие окажется скорее пагубным, чем полезным, Мендельн в конце концов улизнул от толп и вошёл в ближайшую деревню. Он знал, что ему не стоит отделяться от остальных, но ему всегда было проще размышлять в одиночестве. Не то чтобы он был один: его всегда сопровождало несколько теней, в данном случае несколько случайных умерших в районе столицы. Он уже допросил их и не выведал ничего ценного. Это были простые люди, которые пытались выжить усердным трудом.

Необеспокоенный наступлением ночи, Мендельн бродил от одного пустого дома к другому. Он мало что ещё делал кроме как заглядывал в случайные окна. Не то чтобы ему было интересно, как живут местные, но ему не хватало своего собственного прошлого.

При этой мысли он печально улыбнулся. В Сераме Мендельн не единожды мечтал стать кем-то большим, чем фермер, много раз он желал путешествовать по экзотическим местам, отмеченным на картах и чертежах, которые мастер Сайрус давал ему изучить.

Он обо что-то запнулся. Предмет откатился от него на несколько ярдов. Со слабым любопытством Мендельн поднял его. Девичья кукла. У неё были тёмные волосы, она была окрашена в тёмно-коричневый цвет – без сомнения, чтобы походить на свою владелицу. Мендельн подумал о своей младшей сестре, которая давно умерла от эпидемии. С тех пор, как Мендельн обучился своим умениям, он несколько раз задумывался о том, можно ли призвать её дух. Но каждый раз идея незамедлительно сменялась отвращением. Она была мертва. Его родители были мертвы. Он хотел, чтобы они пребывали в покое.

Он не хотел, чтобы он узнали, кем стали он и Ульдиссиан.

Мендельн положил куклу назад в надежде, что, если как-то удастся избежать насилия, ребёнок и потерянная игрушка однажды воссоединятся. Однако, выпрямившись, Мендельн почувствовал, что он не один. Он взглянул в пространство между двумя пустыми домами…и увидел, что Ахилий, с луком в руках и стрелой, приложенной к тетиве, глядит в ответ на него.

Брат Ульдиссиана отреагировал инстинктивно. Он выхватил костяной кинжал со стремительностью, к которой, очевидно, был не готов даже восставший из мёртвых охотник. Мендельн пробормотал несколько слов, которым научил его Ратма.

Ахилий едва успел броситься в тень, как несколько залпов зубов-снарядов ударили место, где он стоял за миг до этого.

Мендельн ругнулся, после чего метнулся к ближайшему дому. Он послал призраков, сопровождающих его, в деревню выяснить местоположение Ахилия.

Но как только они ушли, этот вопрос лучник сам для него решил:

-Я…не желаю…зла…Мендельн,- прохрипел Ахилий как будто по другую сторону стены, к которой прислонился брат Ульдиссиана.- Выйди…и мы…поговорим.

Перевернув кинжал, Мендельн прошептал очередное заклинание.

Не успел он закончить, как что-то просвистело мимо его уха. С отдавшимся эхом стуком оно ударило деревянный брус другой стены.

Стрела влетела в окно и прошла в нескольких футах от Мендельна. Брат Ульдиссиана припал к грязному полу и пополз к задней части здания. Одновременно он начал шептать новое заклинание.

Передняя стена – в том числе окно, через которое Ахилий послал стрелу,– взорвалась наружу.

Позади взрыва раздались громкое ворчание и проклятье. В это самое время Мендельн бросился через заднюю дверь в ближайшие заросли. Два призрака, молодого человека, усеянного сыпью, и престарелой женщины, которая погибла от слабого сердца, сообщили ему, хотя это и так было понятно, что взрыв свалил Ахилия.

Пока восстанавливал дыхание, Мендельн проклинал свою нерешительность. Существовали заклинания, которые куда лучше могли навсегда расправиться с кем-то наподобие его бывшего друга. Однако обладатель чёрной мантии не мог заставить себя произнести их. В конце концов, это был Ахилий, и хотя лучник выследил брата Ульдиссиана с очевидным намерением убить его, Мендельн таил слабую надежду освободить живого мертвеца.

Благородная мысль…которая точно приведёт к тому, что сын Диомеда будет убит.

Другой призрак, миловидной благородной девы, которая предпочла принять яд, чем продолжать принудительный брак с престарелым и жестоким человеком, материализовалась как раз вовремя, чтобы указать, с какой стороны подходит Ахилий. Мендельн бросился в густой кустарник позади деревянной хижины, и хотя он не слышал подхода охотника, он знал, что его бывший друг отстал ненамного.

И действительно, не далее как вздох спустя донёсся знакомый задыхающийся голос:

-Мендельн…я пришёл…поговорить…в этом нет…нужды! Давай оба выйдем…

В ответ Мендельн начертил в воздухе рисунок и направил его в сторону голоса Ахилия. -Во имя…звёзд!- раздражённо воскликнул охотник с того места, где скрывался. В то же время раздался рокочущий звук, словно началось маленькое землетрясение.

Хотя брат Ульдиссиана не мог видеть плодов своего заклинания, он мог их себе вообразить. Земля вокруг Ахилия должна была начать вздыматься, стремясь поглотить его и тем самым вернуть в могилу. Это заклинание Мендельн создал сам, основываясь на том, что показал ему Траг’Оул. Мендельну тошно было проделывать такое со своим другом, но он не мог позволить Ахилию выстрелить во второй раз.

Пока встряска земли продолжалась, Мендельн побежал к далёкому лагерю. Ему не нравилась перспектива снова подвести Ахилия к Серентии, но в неё охотник вряд ли попытается снова стрелять…во всяком случае, Мендельн надеялся на это. По правде говоря, ему не пришло в голову ничего лучше. Он знал только, что должен продолжать движение.

Последнее суждение подтвердилось в следующий же миг, когда вторая стрела пролетела мимо его руки. Она вонзилась в ствол ближайшего дерева, и когда Мендельн ощупал руку, то обнаружил, что стрела порвала ткань мантии. На полдюйма в сторону, и головка вонзилась бы ему в руку.

Это снова навело его на мысль о Серентии и том, что случится, если Ахилий решится снова предпринять попытку её убийства. То, что лучник так скоро преодолел последнее заклинание, говорило о могущественной силе, стоящей за ним.

Мендельн сильно сомневался, что у него есть хоть какие-то шансы против ангела, но он решил, что лучше будет пойти на риск, чем подвергнуть большей опасности дочь торговца. Стиснув зубы сын Диомеда отклонился в густейшие заросли. Может, глушь и стихия Ахилия, но темнота – стихия Мендельна.

Он преодолел ещё несколько ярдов в сторону как от деревни, так и от лагеря, после чего прислонился к толстому стволу дерева. Приложив кинжал к своей груди, он начал подгонять заклинание под текущий случай. Несмотря на свою заботу об Ахилии, Мендельн заставил себя видеть в охотнике то, чем он был, – ходячий труп. Существовали заклинания, которые таких оживляли, – Мендельн использовал их против невинных сельчан, одураченных Инарием. Чтобы прекратить их оживление, достаточно было остановить чтение заклинания. Однако, применительно к существу вроде Ахилия, брат Ульдиссиана надеялся, что если на самом деле обратить заклинание оживления, то удастся возвратить лучника обратно в мир иной.

В теории это должно было сработать. На практике…

Он скорее ощутил, чем услышал приближение Ахилия. Мендельн был поражён полнейшей тишиной, с какой двигался его друг. Как бы он ни был хорош при жизни, конечно же, тогда Ахилий всё же создавал некоторый лёгкий шум, особенно при дыхании.

Мендельн закончил подгонку заклинания. У него будет один, и только один шанс использовать его. Для этого ему потребуется выйти и встретить охотника лицом к лицу, но Мендельн готов попробовать. Этому нужно положить конец. Ахилий дважды промахнулся мимо цели, но сомнительно, что он продолжит промахиваться. Его хозяин не допустит этого.

Чтобы Серентия и Ульдиссиан – если считать, что его брат всё ещё жив,– выжили, Ахилий должен умереть…вновь.

«Я поднял тебя из землю, и в землю верну…прости меня за то и другое!»

Было что-то справа от него. Он только сейчас заметил, что поблизости нет призраков, которые могли бы предупредить его. На этот раз хозяин Ахилия хотел, чтобы всё прошло успешно.

От темноты отделилась тень.

Мендельн отступил от дерева, вытянув кинжал остриём вниз в сторону тени. В его бледном свете он увидел покрытое песком лицо Ахилия. Выражение лучника было безучастным…безжизненным.

И, к глубокому смятению Мендельна, Ахилий только что закончил стрелять в него.

Мендельн знал, что ему конец. На таком расстоянии даже самый доброжелательный лучник не смог бы промахнуться мимо сердца. Несмотря на это, человек в чёрном всё же попытался произнести подготовленное заклинание. Он сделал это ради брата и Серентии, раз для него уже всё было кончено.

Стрела задела горло, оставила царапину на шее и полетела дальше. Мендельн запнулся на полуслове, схватился за шею и почувствовал жгучую, но неглубокую рану.

Стрела попала в дерево, от которого он только что отошёл.

Ахилий опустил лук.

-Тебя нужно…убить…ты знаешь это.

Это заявление заставило Мендельна засомневаться. Охотник сказал правду. Мендельну вспомнилось, как его брат доказывал, что Ахилий пытался промахнуться. Мендельн хотел верить этому, но когда Серентия чуть не погибла при более чем сомнительных обстоятельствах, его снова стали терзать сомнения. И когда Ахилий пришёл за ним, стало ясно, что третьего помилования не жди.

Однако оно случилось, и Ахилий сам говорил об этом.

-Мне трудно поверить,- наконец осмелился ответить он,- что ты так долго будешь не убивать до конца свои цели.

На это восставший из мёртвых человек ответил сухой усмешкой:

-На то была моя воля…и немалая…удача в первый раз. Ещё большая с...с…с ней,- если бы светловолосый охотник мог пролить слезу, говоря о Серентии, он непременно сейчас бы это сделал.- А ты…на тебя ушло три…три выстрела, потому что ты…такой дико упрямый, Мендельн.

-О чём это ты?- Мендельну было всё труднее заставить себя начать заново чтение своего тёмного заклинания. Если бы не хриплый голос, следы грязи, которые он мог заметить на лице, и знание того, что за воротником, который закрывал горло Ахилия, скрывается зияющая дыра, сын Диомеда чувствовал бы так, словно они с лучником ведут непринуждённую беседу, как в старые добрые времена юности.

-Я пришёл…поговорить. Ты сильно…усложнил задачу. Я не выдержал и выстрелил…выпустил одну стрелу…чтобы показать тебе: если я бы я хотел…убить тебя…я бы смог. Ты не обратил на это…никакого…вообще никакого внимания.

-На то были причины, если припоминаешь. Когда ты объявлялся в последние два раза, ты пытался засадить по стреле в Ульдиссиана и в неё. Я остался не убеждён, что что-нибудь поменялось.

Лучник покачал головой, открывая часть зияющей раны в горле.

-Ну вот…я выстрелил во второй…во второй раз…чтобы доказать снова…что…я мог бы убить тебя…или хотя бы ранить…ранить тебя…если бы хотел.

Мендельн опустил кинжал.

-Должен заметить, даже тогда не убедил.

-Нет…конечно же, нет,- выражение Ахилия внезапно сделалось жёстким.- Ты…ты попытался…закопать меня…Мендельн. Вот тогда и правда…был момент…когда я хотел…убить тебя.

Кинжал снова поднялся.

-А теперь?

-Это было…было только…на миг…и я всё равно…всё равно не…сделал бы этого.

Его голос звучал настолько искренне, что Мендельн в конце концов опустил кинжал.

-Ты сбежал? Поэтому ты вернулся?

-Нет…я не…сбежал. Он…просто он…передумал.

-Что ты имеешь в виду?

-Я должен был…я должен был убить вас всех…в первую очередь Ульдиссиана и…и Серентию…из-за того, кем…кем вы становитесь.

Это Мендельну было и так понятно:

-Ну и?

-Теперь...теперь он хочет…хочет другого.

-Хочет другого? Не уверен, что это переполняет меня доверием! А кто именно он такой, Ахилий? Помимо того, что это ангел, в смысле!

-Тот, кто может быть…нашей единственной надеждой…против Инария,- ответил восставший из мёртвых лучник. Его взгляд внезапно метнулся за спину Мендельна, который почувствовал, что у него волосы на затылке встают дыбом.- Единственной надеждой.

ЕСЛИ ЭТО ВСЁ ЕЩЁ ВОЗМОЖНО…- раздался голос, который слишком сильно напоминал голос Инария.- ИБО ПОХОЖЕ, ЧТО ОДИН ИЗ ТРЁХ ТЕПЕРЬ ВСТУПИЛ В ЭТОТ МИР.

Развернувшись, Мендельн встретился с ангелом лицом к лицу. Это был не Инарий – в этом он почему-то был уверен. Было столь многое, что напоминало ему именно об отце Ратмы, однако он почему-то знал, что это не он.

Но важнее было то, что только что сказало неземное создание.

-Один из Трёх?- выпалил брат Ульдиссиана. Он лихорадочно соображал. Единственные «Трое», которые могли прийти ему на ум, были направляющими духами Триединого, духами, которые на самом деле были…- Нет!- Мендельн страстно затряс головой.- Вы же не хотите сказать…

Безликая фигура сделала почти неразличимый кивок:

ДА, ОДИН ИЗ ПОВЕЛИТЕЛЕЙ ДЕМОНОВ ПРИШЁЛ В САНКТУАРИЙ.

***
Не так должно было быть. С незапамятных времён всё происходило так, как планировал Инарий. Как только что-то шло не так, ангел отвечал драконовскими мерами, которые усмиряли даже его потомство. Он научился на той глупой ошибке, научился на падении жертвой лживых слов любовницы. С того неприятного события Инарий никогда не выпускал бразды правления из своих рук.

До сих пор.

Ангел, всё ещё под видом Пророка, шагал по своему святилищу, и эмоции били у него через край. Его терзала неуверенность, какую он не испытывал на протяжении столетий.

Орис пришла в поисках своего коллеги – она не знала, что он больше не был даже пылью на полу. Инарий уделил ей не более минуты, но мало внимания обращал на её слова на протяжении этого времени. Его грубоватое замечание, что Гамюэля нужно забыть, заставило её побледнеть, но его это не заботило. Тревоги людей – ничто по сравнению с его тревогами.

К этому времени прошла значительная часть ночи, и хотя он был вечным, истечение последних нескольких часов только усилило беспокойство Пророка. В прошлом никогда не было ситуации, когда ему требовалось больше, чем несколько мгновений на размышление со своей стороны. Теперь его разум не мог нормально работать, а только повторял снова и снова о своих последних неудачах.

ЗДЕСЬ ДОЛЖНА БЫТЬ ОШИБКА!- убеждал он себя.- ЗДЕСЬ ДОЛЖНА БЫТЬ ОШИБКА! НЕ МОЯ ОШИБКА!

Смертный Ульдиссиан разделался с Триединым, прямо как хотел Инарий. Следующим шагом должно было стать просто падение пешки ангела. Агенты Инария настроили против эдиремов такое большое число людей, что в конце концов отродья точно должны были пасть.

Но самого Ульдиссиана нельзя было остановить…и он шёл за Инарием…шёл за ним.

Взглянув на великолепную панораму, которая слабо пыталась напоминать совершенство Высшего Неба, ангел опешил. Он мог бы поклясться, что одна из фигур пришла в движение. Инарий сделал шаг назад, изучая нарисованную фигуру.

Нет, она не могла двигаться. Ему просто показалось…

Лицо Пророка исказилось яростью. Его страхи растворились в то же время, растворились без труда, потому что на самом деле не были его собственными.

-Я узнал тебя,- объявил он пустой комнате человеческим голосом.- Твои маленькие игры со мной не пройдут, демон! Не забывай, с кем имеешь дело!

Я имею дело с предателем, лжецом и убийцей- произнёс голос, который, несмотря на заявление Инария, вызвал в нём холодок.- Это почти как иметь дело с одним из моих братьев.

-Дерзкий, как всегда,- Инарий отыскал темнейшую тень и повернулся к ней.- Просто нахал.

Тень задвигалась. В ней стала проступать едва видимая фигура.

Инарий не выказал признаков беспокойства, когда фигура стала крылатым воином, которого он очень хорошо знал.

-Ты не Тираэль, и его я не боюсь.

Не боишься? Тогда почему я похож не него?

-Потому что ты болван, демон.

Это вызвало усмешку. Затем, пока двигался вперёд, «ангел» снова поменял форму. Теперь он был человеком, но не простым. Он был Ульдиссианом уль-Диомедом.

Пророк стиснул зубы.

-И снова ты болван. Ты же не просто так пришёл. Так давай обойдёмся без сценок!

Тень в углу внезапно стала распространяться, чуть не поглотив целиком ложного Ульдиссиана. Когда это произошло, его тело исказилось. Демон стал менее различимым и определённо гораздо меньше человекоподобным. Он стал плодом воображения в той же мере, что и материей, и тогда Инарию снова стало не по себе, хотя он не смел показать этого.

Тени теперь заволокли большую часть комнаты с той стороны, где стояло тёмное создание. Ангелу было известно, что за пределами его святилища его последователи стали внезапно испытывать страхи, о которых до сих пор не ведали сами. Стражники у его дверей содрогались, и, вероятно, некоторые из них даже бежали. Больше, чем несколько его жрецов, наверняка уже стояли на коленях, молясь о том, чтобы тьма, коснувшаяся их душ, поскорее оставила их.

Они не знали, как им повезло, ибо демон, посетивший Инария, мог сделать гораздо худшее. Просто он, как и ангел, не смел показать себя полностью.

Существовали такие, кого боялся даже Повелитель Ужаса.

Существо в тенях возвышалось над Инарием. Временами демон принимал форму, которая напоминала помесь человека и животного. Однако именно лицо бередило внутренние страхи, потому что оно постоянно менялось. Инарий увидел череп с рогами. Из глаз и челюстей вытекала кровь. Это ужасное лицо стало плавящейся головой, чью плоть непрестанно жрали чёрные мухи и огромные черви. Затем возникло лицо рептилии, женское и очень похожее на лицо другого демона, которого знал Инарий.

Но даже лик Лилит исчез в следующий миг, снова сменившись образом другого ангела. Пророк нахмурился, а демон рассмеялся и снова поменялся. Теперь Инария приветствовала пустая тень, и по какой-то невыразимой причине это вызвало у него большее раздражение, чем все другие формы.

Так лучше, а, Пророк?

Не обращая внимания на насмешку, Инарий тихо ответил:

-Когда мы виделись в последний раз, лорд Диабло, мы договорились, что это будет последний раз.

Всегда бывают новые последние разы, Инарий. Хотя и не так много, как раньше.

-И ты поэтому явился?

Форма демона продолжала меняться в мелочах, словно у Диабло не было настоящей собственной формы. Каждое изменение, каким бы малым оно ни было, затрагивало какую-либо струну в Инарии, хотя он продолжал маскировать свои эмоции.

Диабло кормился на малейшем страхе.

Причина моего прихода проста. Её зовут Ульдиссиан.

-А, ну конечно. Ты и твои братья столько усилий вложили в создание Триединого! Я предупреждал вас, что оно падёт.

Не твоими стараниями.

Теперь был черёд ангела насмехаться:

-Ты так уверен? Тебе бы лучше присмотреться и перепроверить.

Он ощутил ярость демона и почувствовал, как волна страха старается захлестнуть его. Но, уже зная, что это попытка Диабло, Инарий защитил себя против силы тёмного лорда. Это потребовало немалых усилий, но Инарий добился успеха.

Однако, будь они с Диабло людьми, пауза, которая последовала за этим, походила бы на передышку, которая требовалась двум изнурённым противникам, чтобы отдышаться и прийти в себя.

Инарий знал, насколько могущественен владыка демонов, а также то, что своим успехом частично обязан необходимости Диабло скрывать себя от других глаз. По крайней мере, это открыло ангелу, зачем ему так внезапно понадобилось явиться.

-Так…вот оно что,- прошептал Пророк, теперь более уверенно.- Ты боишься потерять всё. Повелитель Ужаса боится.

Я ничего не боюсь!- пустота, которую Диабло временно использовал в качестве лица, исказилась.- Во всяком случае, не больше твоего!

-У меня всё идёт, как задумано…

Скребя когтистыми лапами безукоризненный мрамор, демон подошёл ближе, и без того огромная тень ещё больше разбухла. Каким-то образом, даже не имя глаз, он сумел заглянуть в разум Инария.

Я попробовал твой страх на вкус, ангел. Если бы сказанное тобой было правдой, мне было бы нечем поживиться. Этот смертный, этот Ульдиссиан – он стал большим, чем любой из нас мог представить. Он ставит под риск всё, что любой из нас желает получить от Санктуария!

Инарий не мог не нахмуриться.

-Желания эти различны, должен заметить.

Но с одним важнейшим общим звеном,- Диабло придвинулся ближе. Прежде чем вернулась пустота, промелькнули черты другого ангела.- Ни одна судьба из тех, за которые мы сражаемся, не осуществится, если этот смертный продолжит идти своим путём.

Пророк отвернулся от незваного гостя, но не из страха к Диабло. Скорее, он слишком хорошо понял точку зрения повелителя демонов и не мог не обдумать её.

Хотя Инарий часто и грозился обнулить Санктуарий и начать заново, на самом деле он не хотел прибегать к такой крайности. Слишком долго он работал над миром, выплавляя его по своему усмотрению. Ему стало здесь…слишком комфортно.

Демонам Санктуарий и, в первую очередь, его люди, конечно же, нужны были по другой, более простой причине. Они видели в людях воинов, которые нужны были им, чтобы заполучить преимущество в борьбе.

И, как и сказал Диабло, если Ульдиссиан умудрится продолжать повышать возможности людей за пределы того, что даже Инарий считал их лимитом, то очень скоро ни они, ни демоны не смогут повелевать людьми.

«НИКОГДА ЭТОМУ НЕ БЫВАТЬ!» - гневно подумал Инарий. Он снова повернулся к демону, который стоял молча, пока он размышлял.

-Ты предлагаешь объединиться.

Повелитель Ужаса резко рассмеялся.

Ты так сказал, словно речь идёт о немыслимом, ангел! А я припоминаю, что ты не единожды заключал договоры с подобными мне.

Конечно, тут Инарий не мог поспорить с ним. Правда, как и в те давние времена, он хотел быть в выигрыше. Он извлёк урок из своей ошибки, извлёк урок из Лилит.

В сравнении с коварством Лилит даже Диабло бледнел. Договор можно переиначивать. Диабло точно попытается сделать это.

Выработанным движением Пророк подошёл к своему любимому дивану и уселся на него, словно перед ним стоял проситель, а не верховный демон. Он ощутил гнев Диабло от этого оскорбления, но знал, что Повелителю Ужаса нужны ресурсы, его Собор Света, для того, что он запланировал.

И всё же Инарию любопытно было услышать, по поводу чего предлагался этот союз.

-Я слушаю.

Явно сдерживая свои силы, чудовищное создание растолковало:

От своего прислужника я узнал о том, кто будет рад помочь нам. Действительно, он рядом и уже готов испить крови Ульдиссиана…вернее, завладеть его телом.

-Телом?

Да…и за него в качестве награды он готов выступить ключом к уничтожению угрозы, которую создаёт этот смертный.

-На что способен этот другой демон?

Диабло фыркнул, очевидно, в знак удивления неведением Инария.

Он не демон, хотя умом и стоит его. Он – человек…вернее, был им. В одиночку он проиграет, но если мы будем вести его, он не сможет не добиться успеха.

-Смертный против другого смертного?- Инарию это показалось ироничным, и если смертный был пешкой Диабло, ангелу будет куда проще манипулировать им впоследствии.- И что это за человек, который уже не человек?

Тебе он был хорошо известен…очень хорошо…когда он был высшим жрецом Мефиса.

Мефис. Мефисто. Да, Инарий очень хорошо знал, о ком шла речь.

-Малик?- Пророк позволил лёгкой улыбке украсить его смертное лицо.- Малик.

Да,- Диабло позволил своему лицу – не такому пугающему, конечно же,- проявиться…и улыбнулся ангелу в ответ.

Конец десятой главы



Только для ознакомительного чтения. Все права на книгу принадлежат её автору и компании Blizzard Entertainment.
Автор: Ричард Кнаак (перевод D@mmy)
Комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Регистрация | Вход

Diablo III

Разработчик: Blizzard Entertainment
Издатель: Activision
Дата выхода:
Европейская версия - 15 мая 2012
Русская версия - 7 июня 2012 Официальный сайт: www.diablo3.com
Вики Галерея Видео Статьи Файлы Форум Ссылки Контакты
Поделись новостью!

MineCraft - креативные эпичные проекты, идеи для построек

Комментарии

Галерея

Обои
Добавлено 13.10.2010
В высоком разрешении »
Скриншоты
Добавлено 13.10.2010
В высоком разрешении »
Скриншоты
Добавлено 03.09.2011
В высоком разрешении »
Скриншоты
Добавлено 13.10.2010
В высоком разрешении »

Сейчас на сайте:

Всего: 2
Блуждающих духов: 1
Зарегистрированных: 1

milagrosmq4

Опрос

Какой Акт вам больше по душе?
Проголосовало: 521

Друзья и партнеры

Союз образовательных сайтов Diablo-3.eu Diablozone.net - самая полная информация об играх серии Diablo Diablo 3 дата выхода - Фан-сайт